Кто-то под окном уныло воет …

Я у стенки в коечке лежу,

простынёй накрывшись с головою.

Знаю - чтоб схватить меня за бок,

ловко прячась под ночным покровом,

где-то ходит серенький волчок,

уроженец города Тамбова .

Этот серый и коварный тип -

явно знает толк в деликатесах !

Не одну неделю он в пути

притворяясь санитаром леса,

нёс мечту заветную свою -

подойти на цыпочках к кровати,

где я сплю беспечно на краю,

бдительность обычную утратив .

Сердце зайцем мечется в груди,

я сейчас и сам уже завою -

вдруг придёт волчара не один,

а со всей тамбовскою братвою ?

Хрен вам всем, позорные волкИ,

получите, выкусите, нате -

я развесил красные флажки

с вечера вокруг своей кровати!

Тут меня сожрать хотят живьём ,

а никто про волка мне не верит !

Вот и разрешенье на ружьё,

 мне не дали в психодиспансере …

Я костюм надену от Brioni,
Лаковые туфли натяну…
И «Cartier», любимые до боли,
На запястьях ловко застегну.

Волосы слегка набриолиню,
Запонки одену от Dupont
И в рубашке Sergio Tacchini…
Вылитый актёр – Ален Делон.

Я пинцетом брови пощипаю,
Волосы в носу я удалю,
Стримером в ушах поковыряю,
Зубы «Блендаметом» отбелю.

Маникюр на пальцах дополняет
Перстень с бриллиантом в пять карат
И улыбка белизной сияет…
Я своей работе очень рад.

Надушившись Bulgari обильно,
От костюма всё и до ногтей -
Показать товар лицом не стыдно,
Приглашённых радуя гостей…

Ведь сегодня день такой особый,
И с цветами – тысячи корзин!
В чёрных платьях знатные особы,
У подъезда – чёрный лимузин…

Скажут мне : С П А С И Б О ! ! ! … дружным хором
Романтичнее работы нет…
В морге я работаю, гримёром
Вот уже последние пять лет.

Прусак Авдосий жил неплохо,
Ночами шастал под столом.
Но капли щей и хлеба крохи
Точить ему було в облом...

Ему бы свеженькой свинины,
Поплавать в торте нагишом,
Но там, где редко именины,
Был часто сыт одним шишом...

Все ночью спят, как в танке - глухо.
Лишь прусаку покоя нет!
Авдосий с щёлки - шмыг! Житуха!!!
Тут хтось забыл закрыть буфет!

А там всего навалом - каши,
Конфеты, булка, шоколад,
Открыта банка простокваши...
Авдосий несказанно рад!!!

Без спешки, методично, чинно
Он начал пищу поглощать,
И вдруг без видимой причины
Сознанье начал он терять...

Не ел ведь галюциногенов!
Неуж просроченной едой
Воспалены неслись виденья
В главу Авдосия гурьбой?!!

Ужасны глюки - сердце сводит
Вот среди блеска микросхем
Прусачий хан силком уводит
Жену Авдосия в гарем...

А вот, о ужас, сам Авдосий
На плахе связанный лежит.
В слезах помилованья просит,
Но гильотина уж летит...

Конвульсии пронзили тело
И ноги в судоргах сплелись,
Он догадался - плохо дело!
И мутный взгляд направил вниз.

Огромней в мире нет печали,
В агонии, крича, застыл...
В прусачей прессе написали -
Несчастный случай, мол, простыл...

Но мы откроем Вам причину
Столь злой трагедии, друзья!
Насыпан был вокруг обильно
Отменный тараканний яд!

А в чём мораль? Не кушать на ночь?
Иль соблюдать режима сон?!
Да просто мерзких тараканов
Я ненавижу, вот и всё!!!

У Лукоморья - пень трехсотый,
Где раньше дуб шумел века,
И сказки травит нам с охотой
Не кот, а "Магия ПК"
Там, на неведомых дорожках
Китайских ломанных СD
Программы глючат понемножку
И вирус бутовый сидит.
Мелькая кнопками не в тему
Игриво прячась под столом
Русалка Клава блок системный
Витым опутала хвостом.
Шаманы там в онлайне чатят,
И по ночам, на древней хате
Там мышью кликает яга,
Червей пуская на врага.
Там царь Кощей халявы ищет,
А юзера по FАТам рыщут,
Угарный чайник, вот чудак,
Алтын меняет на пятак.
Над кодами там хакер бьется,
То плачет он, а то смеется,
И, в сеть улавливая нас,
Провайдер щурит хитрый глаз.
И в этом сказочном бедламе
Спешит отважный русский ламер
Под сенью сети Интернет
С Глюкмилой совершить коннект.

Руки бывают разные
Грязные и не грязные
Грубые или нежные
Черные, белоснежные
Гладят меня и тискают,
Смело по телу рыскают.
С ахами или охами,
С хрипами или вздохами.
То на холодном столике,
То на немытом коврике...
Скоро ли это кончится?
Мне, ведь, другого хочется.
Встать утром раньше солнышка,
Выпить зарю до донышка,
В волны с обрыва кинуться,
Или росою вымыться,
И поваляться с книжкой.
Но родилась я мышкою

Наша Таня громко плачет.
Уронила в речку:

— мячик;
— деньги;
— линзы;
— документы;
— чемодан;
— рулон брезента;
— кактус;
— веник;
— сигареты;
— керогаз;
— белье;
— конфеты;
— камень;
— ножницы;
— бумагу;
— честь;
— разборчивость;
— отвагу;
— совесть;
— справку о доходах;
— самолеты;
— пароходы;
— монитор;
— процессор;
— мышку;
— табурет;
— вторую книжку;
— пылесос;
— кровать;
— мобилу;
— альпеншток;
— лопату;
— вилы;
— зажигалку;
— дреды;
— кеды;
— понедельник;
— вторник;
— среду;
— канарейку;
— распашонку;
— припасенную тушенку;
— масло;
— мыло;
— спички;
— печку;
— гастарбайтера;
— уздечку;
— песни;
— пляски;
— разговоры;
— солнце;
— звезды;
— лес и горы;
— Кострому;
— Саратов;
— Вятку;
— попрыгучую лошадку;
— карбюратор;
— пенку;
— спальник;
— бормашину;
— матюгальник;
— руки;
— ноги;
— папу;
— маму;
— патриарха;
— далай-ламу;
— просветленье;
— счастье;
— горе.

Уплыло все на @*й в море.

Рассказать вам, что ли, дети, об вот этом интернете?
Интернет -- большой чердак, в чердаке -- большой бардак,
в бардаке -- две капли смысла. Остальное -- коромысло,
три ведра, четыре щетки, Вася Пупкин, ржавый гвоздь,
баннер сверху, баннер снизу, чушь по центру, пальцы врозь,
черемша, пропавший лобзик, старый кожаный кафтан,
невозможно безобразный отвратительный "слоган",
тухлый брэндинг, кислый роуминг, чмошный лизинг и фидбэк,
на коробке -- труп мышиный и к "ворду" второму крэк,
кучка кала на гестбуке, а точнее, склад говна
(без говна картина наша не могла бы быть полна),
в колесе четыре белки круглосуточно торчат,
называя это счастье иностранным словом "чат",
и безграмотный, дебильный, из щелей свисает бред
-- вот вам, дети, сын прогресса с гордым ником -- "Интернет".
Что, понравилось вам, дети? А теперь добью я вас:
наблюдать всю эту пакость стоит где-то доллар в час.